Неточные совпадения
Она
взяла хлеб и поднесла его ко рту. С неизъяснимым наслаждением глядел Андрий, как она ломала его блистающими пальцами своими и ела; и вдруг вспомнил о бесновавшемся от голода, который испустил дух в глазах его, проглотивши
кусок хлеба. Он побледнел и, схватив ее за руку, закричал...
Но отчего же так? Ведь она госпожа Обломова, помещица; она могла бы жить отдельно, независимо, ни в ком и ни в чем не нуждаясь? Что ж могло заставить ее
взять на себя обузу чужого хозяйства, хлопот о чужих детях, обо всех этих мелочах, на которые женщина обрекает себя или по влечению любви, по святому долгу семейных уз, или из-за
куска насущного хлеба? Где же Захар, Анисья, ее слуги по всем правам? Где, наконец, живой залог, оставленный ей мужем, маленький Андрюша? Где ее дети от прежнего мужа?
Ответ: тот, кто
кусок возьмет.
— Какой вы проницательный, черт
возьми, — тихонько проворчал Иноков,
взял со стола пресс-папье —
кусок мрамора с бронзовой, тонконогой женщиной на нем — и улыбнулся своей второй, мягкой улыбкой. — Замечательно проницательный, — повторил он, ощупывая пальцами бронзовую фигурку. — Убить, наверное, всякий способен, ну, и я тоже. Я — не злой вообще, а иногда у меня в душе вспыхивает эдакий зеленый огонь, и тут уж я себе — не хозяин.
Потом, опустив ботинок на пол, он
взял со стула тужурку, разложил ее на коленях, вынул из кармана пачку бумаг, пересмотрел ее и, разорвав две из них на мелкие
куски, зажал в кулак, оглянулся, прикусив губу так, что острая борода его встала торчком, а брови соединились в одну линию.
Один из моих спутников, князь Оболенский, хотел купить
кусок необделанной кости и
взять с собой.
Едал, покойник, аппетитно; и потому, не пускаясь в рассказы, придвинул к себе миску с нарезанным салом и окорок ветчины,
взял вилку, мало чем поменьше тех вил, которыми мужик берет сено, захватил ею самый увесистый
кусок, подставил корку хлеба и — глядь, и отправил в чужой рот.
Кушаем мы что попало, что добудется, так ведь она самый последний
кусок возьмет, что собаке только можно выкинуть: «Не стою я, дескать, этого
куска, я у вас отнимаю, вам бременем сижу».
Ранцева
взяла девочку и, с материнскою нежностью прижимая к себе голенькие и пухленькие ручки ребенка, посадила к себе на колени и подала ей
кусок сахара.
И Кузьма перебросил на левое плечо салфетку,
взял вилку и ножик, подвинул к себе расстегай, взмахнул пухлыми белыми руками, как голубь крыльями, моментально и беззвучно обратил рядом быстрых взмахов расстегай в десятки узких ломтиков, разбегавшихся от цельного
куска серой налимьей печенки на середине к толстым зарумяненным краям пирога.
Там в углу были свалены
куски полуистлевшего дерева, обломки крестов, старые доски; из этого запаса мы
взяли несколько
кусков и, поставив их в камин, развели огонек.
Плантаторы обыкновенно вводят в счет страховую премию рабства, то есть содержание жены, детей помещиком и скудный
кусок хлеба где-нибудь в деревне под старость лет. Конечно, это надобно
взять в расчет; но страховая премия сильно понижается — премией страха телесных наказаний, невозможностью перемены состояния и гораздо худшего содержания.
Я не понял ничего, но невольно запоминал такие и подобные слова, — именно потому запоминал, что в простоте этих слов было нечто досадно таинственное: ведь не требовалось никакого особого уменья
взять камень,
кусок хлеба, чашку, молоток!
На следующий день, когда я проснулся, солнце было уже высоко. Мои спутники напились чаю и ждали только меня. Быстро я собрал свою постель,
взял в карман
кусок хлеба и, пока солдаты вьючили мулов, пошел вместе с Дерсу, Чжан Бао и А.И. Мерзляковым к реке Билимбе.
Дерсу молча начал укладывать свою котомку. Желая показать ему, что я разделяю его мысли, я
взял то, что первое мне попало под руку, —
кусок сухой рыбы и большую головешку — и подошел к водопаду.
Зато кому удастся выбиться из этой — прах ее
возьми — общины да завестись хоть не великим
куском земли собственной, тому житье не плохое: земля на Горах родит хорошо.
— И вот я
взял себе за Сарочкой небольшое приданое. Что значит небольшое приданое?! Такие деньги, на которые Ротшильд и поглядеть не захочет, в моих руках уже целый капитал. Но надо сказать, что и у меня есть кое-какие сбережения. Знакомые фирмы дадут мне кредит. Если господь даст, мы таки себе будем кушать
кусок хлеба с маслицем и по субботам вкусную рыбу-фиш.
Только что обмыли покойницу,
взяла Никитишна у Аксиньи Захаровны ключи от сундуков и вынула, что нужно было для погребенья. Дала девицам
кусок тонкого батиста на шитье савана, а первые три стежка заставила сделать самое Аксинью Захаровну. Под венец ли девицу сряжать, во гроб ли класть ее — всякое шитье мать должна зачинать — так повелось на Руси…
Чтобы дать об этом приблизительное понятие, я приведу рецепт холодного супа, каким нас частенько угощали:
возьми воды (да и то еще тепловатой), накроши в нее сырых помидоров, салату, вареного гороху, сельдерея, луку, чесноку,
кусков хлеба — и вот вам мадридская ботвинья.
Как я сказал выше, редактор"Библиотеки"
взял роман по нескольким главам, и он начал печататься с января 1862 года. Первые две части тянулись весь этот год. Я писал его по
кускам в несколько глав, всю зиму и весну, до отъезда в Нижний и в деревню; продолжал работу и у себя на хуторе, продолжал ее опять и в Петербурге и довел до конца вторую часть. Но в январе 1863 года у меня еще не было почти ничего готово из третьей книги — как я называл тогда части моего романа.
Люди принялись разводить огонь: один принес сухую жердь от околицы, изрубил ее на поленья, настрогал стружек и наколол лучины для подтопки, другой притащил целый ворох хворосту с речки, а третий, именно повар Макей, достал кремень и огниво, вырубил огня на большой
кусок труту, завернул его в сухую куделю (ее возили нарочно с собой для таких случаев),
взял в руку и начал проворно махать взад и вперед, вниз и вверх и махал до тех пор, пока куделя вспыхнула; тогда подложили огонь под готовый костер дров со стружками и лучиной — и пламя запылало.
— И что ж такое! И бог с тобою совсем: я и останусь. Авось без
куска хлеба не пропаду. Найдутся добрые люди, хоть из
куска хлеба
возьмут еще. На старости лет хоть болонок на двор выпущать гожусь.
— Возьму-с: вот только этот
кусок съем.
Полковой адъютант поднес поочередно ему и двум его землякам и единоверцам по
куску хлеба с солью на острие шашки, и те, не касаясь хлеба руками,
взяли его ртом и тут же съели.
Принесла Пелагея стакан кизлярки, в которой лежал, должно быть, мертво пьяный
кусок лимону и в которой бесследно пропали несколько чайных ложек кипятку. Круциферский
взял стакан, чтоб отделаться от хозяина, в надежде, что найдет случай три четверти выплеснуть за растворенное окно. Это было не так легко, потому что Медузин, посадивши кого-то за себя поиграть в бостон, подсел к Круциферскому.
— Не кушайте так много, — у нас голод! — шепнул он ей, когда Сусанна Николаевна
взяла было, кажется, весьма небольшой
кусок индейки.
— Эх, Степан Лукьяныч, как это, братец, ты говоришь:"соврал!"Могу ли я теперича господина обманывать! Может, я через это самое
кусок хлеба себе получить надеюсь, а ты говоришь:"соврал!"А я все одно, что перед богом, то и перед господином!
Возьмем теперича хоть это самое Филипцево! Будем говорить так: что для господина приятнее, пять ли тысяч за него получить или три? Сказывай!
— Конечно, ежели рассудить, то и за обедом, и за ужином мне завсегда лучший
кусок! — продолжал он, несколько смягчаясь, — в этом онмне не отказывает! — Да ведь и то сказать: отказывай, брат, или не отказывай, а я и сам
возьму, что мне принадлежит! Не хотите ли, — обратился он ко мне, едва ли не с затаенным намерением показать свою власть над «
кусками», — покуда они там еще режутся, а мы предварительную! Икра, я вам скажу, какая! семга… царская!
Он вынул из холщового мешка хлеб, десяток красных помидоров,
кусок бессарабского сыра «брынзы» и бутылку с прованским маслом. Соль была у него завязана в узелок тряпочки сомнительной чистоты. Перед едой старик долго крестился и что-то шептал. Потом он разломил краюху хлеба на три неровные части: одну, самую большую, он протянул Сергею (малый растет — ему надо есть), другую, поменьше, оставил для пуделя, самую маленькую
взял себе.
Впрочем, еще раз она появилась. В руках у нее был сверток — два фунта масла и два десятка яиц. И после страшного боя я ни масла, ни яиц не
взял. И очень этим гордился, вследствие юности. Но впоследствии, когда мне приходилось голодать в революционные годы, не раз вспоминал лампу-«молнию», черные глаза и золотой
кусок масла с вдавлинами от пальцев, с проступившей на нем росой.
Мальчуган смотрит на меня и тихонько посмеивается. Я нахожусь в замешательстве, но внутренно негодую на Гришу, который совсем уж в опеку меня
взял. Я хочу идти в его комнату и строгостью достичь того, чего не мог достичь ласкою, но в это время он сам входит в гостиную с тарелкой в руках и с самым дерзким движением — не кладет, а как-то неприлично сует эту тарелку на стол. На ней оказывается большой
кусок черного хлеба, посыпанный густым слоем соли.
— Ты сказал: становым — хорошо! Следовательно, и действуй таким манером, чтоб быть тебе становым. А если, брат, будешь становым,
возьми меня к себе в письмоводители! Мне, брат, что мне хлеба
кусок да место на печке! я брат, спартанец! одно слово, в шкапу три месяца выжил!
Подошла она к окошечку,
взяла пирога
кусок, а сама вся дрожжит словно: вешняком-то ее, знать, прохватило оченно. Дрожжит, и ни шагу тоись ступить нету ей моченьки.
Разговаривая с ней за ужином, я вижу, как этот взор беспрестанно косит во все стороны, и в то время, когда, среди самой любезной фразы, голос ее внезапно обрывается и принимает тоны надорванной струны, я заранее уж знаю, что кто-нибудь из приглашенных
взял два
куска жаркого вместо одного, или что лакеи на один из столов, где должно стоять кагорское, ценою не свыше сорока копеек, поставил шато-лафит в рубль серебром.
Она встала и, не умываясь, не молясь богу, начала прибирать комнату. В кухне на глаза ей попалась палка с
куском кумача, она неприязненно
взяла ее в руки и хотела сунуть под печку, но, вздохнув, сняла с нее обрывок знамени, тщательно сложила красный лоскут и спрятала его в карман, а палку переломила о колено и бросила на шесток. Потом вымыла окна и пол холодной водой, поставила самовар, оделась. Села в кухне у окна, и снова перед нею встал вопрос...
Весовщиков
взял большую картофелину, круто посолил
кусок хлеба и спокойно, медленно, как вол, начал жевать.
Мать вошла в комнату, села за стол перед самоваром,
взяла в руку
кусок хлеба, взглянула на него и медленно положила обратно на тарелку.
Отец мой был поляк и католик. По семейным преданиям, его отец, Игнатий Михайлович, был очень богатый человек, участвовал в польском восстании 1830–1831 годов, имение его было конфисковано, и он вскоре умер в бедности. Отца моего
взял к себе на воспитание его дядя, Викентий Михайлович, тульский помещик, штабс-капитан русской службы в отставке, православный. В университете отец сильно нуждался; когда кончил врачом, пришлось думать о
куске хлеба и уехать из Москвы. Однажды он мне сказал...
— Не знаю… вряд ли! Между людьми есть счастливцы и несчастливцы. Посмотрите вы в жизни: один и глуп, и бездарен, и ленив, а между тем ему плывет счастье в руки, тогда как другой каждый ничтожный шаг к успеху, каждый
кусок хлеба должен завоевывать самым усиленным трудом: и я, кажется, принадлежу к последним. — Сказав это, Калинович
взял себя за голову, облокотился на стол и снова задумался.
Мне пришлось собираться среди матросов, а потому мы взаимно мешали друг другу. В тесном кубрике среди раскрытых сундуков едва было где повернуться. Больт
взял взаймы у Перлина, Чеккер — у Смита. Они считали деньги и брились наспех, пеня лицо
куском мыла. Кто зашнуровывал ботинки, кто считал деньги. Больт поздравил меня с прибытием, и я, отозвав его, дал ему пять золотых на всех. Он сжал мою руку, подмигнул, обещал удивить товарищей громким заказом в гостинице и лишь после того открыть, в чем секрет.
С водолазом дело обошлось просто: его
взяли за шиворот и, к немалому его изумлению, отвели в гардемаринскую каюту и привязали на веревку, а обезьяны решительно не давались, несмотря даже на
куски сахара, которые поочередно и Федотов и другие матросы протягивали и Егорушке и Соньке с коварным намерением захватить их.
И так как мальчик-француз не понимал, чего от него хотят, то Ковшиков прибегнул к наглядному объяснению.
Взяв в одну руку
кусок солонины и указывая другой на крошево Бастрюкова, он сунул свой
кусок в рот и повторял...
Думалось, что меня он
взял как привесок к В. П. Далматову, как кость или жилу, которую прибавляют как нагрузку к хорошему
куску мяса.
Потом поравнялись с собором и, увидев, что тайный советник Стрекоза остановился и снял шляпу, сняли и мы свои. Затем, подойдя к Доминику, почувствовали голод,
взяли по три
куска кулебяки и, вспомнив завет Очищенного, при расчете сказали, что съели только по два
куска.
Остался тем же и тем же — только четверть столетия старше, и уж меня
взяло отчаяние — когда-нибудь, чем-нибудь быть и даже на старость (от которой бог меня избавь) иметь спокойный угол и независимый
кусок хлеба.
Волконский преуморительно говорит о всех наших — между прочим о Горбачевском, что он завел мыльный завод, положил на него все полученное по наследству от брата и что, кажется, выйдут мыльные пузыри. Мыла нет ни
куска, а все гуща — ведь не хлебать мыло, а в руки
взять нечего. Сквозь пальцы все проходит, как прошли и деньги.
В забвение вами мне сея великия вины вспомяну вам слова светского, но светлого писателя господина Татищева: „А голодный, хотя бы и патриарх был,
кусок хлеба
возьмет, особливо предложенный“.
И с дочерью Арина Петровна поступила столь же решительно, как и с постылым сыном:
взяла и «выбросила ей
кусок».
— Нет, ты погоди головой-то вертеть, — сказала она, — ты прежде выслушай! Каково мне было узнать, что он родительское-то благословение, словно обглоданную кость, в помойную яму выбросил? Каково мне было чувствовать, что я, с позволения сказать, ночей недосыпала,
куска недоедала, а он — на-тко! Словно вот
взял, купил на базаре бирюльку — не занадобилась, и выкинул ее за окно! Это родительское-то благословение!
Софья Николавна встала с живостью,
взяла с подноса и поднесла свекру
кусок аглицкого тончайшего сукна и камзол из серебряного глазета, [Глазет — сорт парчи с вытканными на ней золотыми или серебряными узорами.] весь богато расшитый по карте [Шитье по карте значило, вероятно значит и теперь, что узоры рисовались на карте, потом вырезывались, наклеивались на материю и вышивались золотом.